Главная
Каталог книг
medicine

Оглавление
Э. Фаррингтон - Гомеопатическая клиническая фармакология
Дэн Миллман - Ничего обычного
Мечников Илья Ильич - Этюды о природе человека
Долецкий Станислав Яковлевич - Мысли в пути
Семенцов Анатолий - 2000 заговоров и рецептов народной медицины
В. Жаворонков - Азбука безопасности в чрезвычайных ситуациях
Алексей Валентинович Фалеев - Худеем в два счета
Глязер Гуго - Драматическая медицина (Опыты врачей на себе)
Йог Рамачарака - Джнана-йога
Уильям Бейтс - Улучшение зрения без очков по методу Бэйтса
Степанов А М - Основы медицинской гомеостатики
Цывкин Марк - Ничего кроме правды - о медицине, здравоохранении, врачах и пр
Кент Джеймс Тайлер - Лекции по философии гомеопатии
Юлия АЛЕШИНА - ИНДИВИДУАЛЬНОЕ И СЕМЕЙНОЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ
Подрабинек Александр - Карательная медицина
С. Огурцов, С. Горин - Соблазнение
Малахов Г. П. - Закаливание и водолечение
Йог Рамачарака – Раджа-Йога
Алексей Валентинович Фалеев - Худеем в два счета

Трудным делом, особенно когда речь идет об общении с врачами, а не студентами, является умение в рамках программы изложить не только установки и методы лечения данной клиники, что само по себе похвально и патриотично, но и осветить предмет на современном уровне отечественной и зарубежной медицины. Методические приемы преподавания совершенствуются в клинике путем заимствования опыта руководителя кафедры и коллег, совместного обсуждения лекций и практических занятий, знакомства с работой других учреждений. Целесообразно овладеть минимумом специальной педагогической литературы (педагогика, психология, логика, ораторское искусство). К сожалению,у нас отсутствует краткое методическое руководство для преподавателей, в котором давно ощущается острая необходимость. 

Практика показывает, что росту педагогического мастерства ассистента способствует прикрепление к нему клинических и городских ординаторов и аспирантов. Полезные навыки можно приобрести, преподавая в школе фельдшеров или медсестер. Особенно полезно участие в работе научного студенческого кружка. 

Нужно по возможности раньше привлекать ассистентов к чтению лекций. При этом они не должны забывать, что основное воздействие на учащегося осуществляется "показом". Тогда в их лексиконе не появятся слова: "случай" и "материал". К словам неодушевленным порой утрачивается душевное отношение. А для настоящего врача больной - всегда больной. 

Молодой ассистент испытывает большие затруднения по сравнению с опытным практическим врачом при необходимости установить сложный диагноз, принять ответственное тактическое решение, выполнить нетипичную операцию. Опытный врач отличается от неопытного широким знанием своего предмета и, в первую очередь, случаев, требующихэкстренных диагностических и лечебных мер. Поэтому интенсивное изучение всего многообразия заболеваний, в том числе и смежных с хирургией, овладение дифференциальной диагностикой залог роста профессионального мастерства. 

Всякая возможность совершенствования должна быть использована именно на этом этапе. Ибо в последующем быстротечная жизнь поставит молодого врача на еще более высокую ступеньку служебной лестницы, где учиться уже будет практически невозможно, а потребуется руководить. 

...Завершив работу над диссертацией, ассистент прошел большую школу самовоспитания, приобрел качества научного работника. Вместе с тем (и здесь следует быть полностью откровенным) он представляет собой типичный пример диспропорции роста ("флюса"), в известной мере полезного для ученого и бесспорно вредного для практической и педагогической деятельности. 

Следует ли новоиспеченному кандидату наук немедленно стремиться к следующему этапу - докторской диссертации? Я глубоко убежден, что как не каждый окончивший школу должен поступать в вуз, точно так же нет необходимости понуждать ассистентов к защите докторских диссертаций, а тем более планировать их. Основная задача ассистента - быть педагогом, методистом. Опытный ассистент, будущий доцент, посвятивший себя преподавательской работе, является одной из центральных фигур кафедры, несет ее лучшие традиции. 

Но нельзя впадать и в другую крайность. Ассистенту, обладающему инициативой и склонному к исследованиям, необходимо помогать в создании докторской диссертации. Трудность заключается в том, чтобы одновременно с изучением узкой проблемы он совершенствовался как хирург и преподаватель. Плохо, когда доктор наук, специалист в определенном вопросе, не в состоянии поставить диагноза кишечной непроходимости или грамотно вскрыть флегмону кисти. Выезд на консультацию в районную больницу для такого ученого хоть необходим, но труден. Недаром за рубежом подобного специалиста именуют "университетским профессором". Именно поэтому в последние годы столь популярной становится идея объединения кафедр хирургии вуза и научно-исследовательского института или научно-исследовательской лаборатории. Подключение научных сотрудников к педагогическому процессу полезно для их роста, так как способствует систематизации знаний, а сотрудники кафедры несколько высвобождаются для выполнения плановых и даже внеплановых научных работ. 

Организаторская деятельность 

Сущность ее сводится к выполнению максимального объема работы за наиболее короткий срок. Первые шаги молодого врача выявляют обычно расхождение между необходимым для выполнения обязанностей временем и его наличием. 

В связи с этим личная, персональная организация труда, ее режим и принципы играют большую роль. Так, например, кратковременный сон (10 - 15 минут) после обеда повышает вечернюю работоспособность на 3 - 5 часов. 

ДЕСЯТЬ МИНУТ ПОСЛЕ ОБЕДА 

Недавно случилось так, что после лекции мы сообща смотрели вновь поступившего больного и решили, что его нужно оперировать. На подготовку требовалось не менее часа. Уезжать из клиники не было смысла. Старшая сестра приемного отделения покормила меня обедом дежурных врачей, и я пошел к себе, попросив ее разбудить меня через десять минут. 

-Почему вы спите после обеда, ведь это вредно? - спросила она. 

-Привычка... 

Как эта привычка возникла, я сейчас расскажу. 

Москвичи хорошо помнят трудные месяцы 1941 года - с октября по декабрь. Именно в декабре во II Таганскую больницу доставили из-под Ржева несколько мальчишек. Немцы, предполагая контратаковать наши позиции, посылали под автоматами местных жителей - стариков, женщин и детей - на разминирование минных полей. Ребят с оторванными кистями рук, выбитыми глазами, множественными ранами груди и живота привезли к нам. А сколько их осталось там... 

Один из мальчиков, маленький, худой и глазастый, звали его Миша, пожаловался ночью сестре, что руку, а правильнее - то, что от нее осталось, сильно дергает. 

"Неужели столбняк?" - подумали мы, тогда еще совсем молодые хирурги. Наши опасения подтвердились. Несмотря на все, что требовалось в то время реампутация культи (отсечение конца культи), вливание противостолбнячной сыворотки в вену, наркотические средства, - состояние мальчика ухудшалось. 

-Я постараюсь разыскать академика Штерн, - сказал наш главный врач. Существует новый метод, который применяется с успехом на фронте. 

Мы ожидали увидеть высокого седого мужчину, худого и в очках. Он представлялся нам в форме бригадного врача или что-то в этом духе. 

Вместо него появилась немолодая, очень полная, до предела уставшая женщина. Она только что вернулась с передовой, и когда узнала, что в одной московской больнице лежит мальчик с запущенным столбняком, то, "не умывшись и не поев", приехала к нам. 

Да, ею на самом деле разработан метод лечения столбняка. Действительно, удалось спасти нескольких бойцов. Метод очень опасный. Иглу вкалывают под затылочную кость и непосредственно в четвертый желудочек мозга вводят противостолбнячную сыворотку. Одно неосторожное движение, - а такой случай был, - игла попадет в мозг и больной может тут же погибнуть. 

Пока шла подготовка к процедуре, академика покормили нехитрым нашим военным обедом, и она попросила оставить ее на десять минут в какой-нибудь тихой комнате. 

Когда мы ее разбудили, то в ответ на наши вопросы - "Почему десять?", "После еды спать вредно" и какие-то еще, - услыхали предельно краткий, но точный рассказ. Это был не рассказ, а лекция об очень сложных вещах, о которых так просто могут говорить только очень образованные люди. 

-За десять минут мозг человека выключается настолько, что отдых дает возможность вечером плодотворно работать до самою сна. Дальше спать не стоит. Просыпаешься разбитым. Хочется продлить сон и не сразу входишь в рабочую колею. 

...Миша после нескольких пункций поправился. Родных его в деревушке под Ржевом уже не было. Он выписался в интернат. Привычка спать после еды десять минут осталась у меня на всю жизнь. А работоспособность, на самом деле, сохраняется до вечера. К сожалению, в последнее время не всегда. Но с этим уж ничего не поделаешь. 

Когда в клинике видишь молодого врача, который в 5 - 6 часов вечера сидит и записывает историю болезни, то чаще всего это свидетельствует не о его чрезмерной аккуратности, а о неумении правильно распределить свой день. Очень важно помнить: время должно работать на нас. Разные обязанности должны распределяться таким образом, чтоесли в чем-то возникла задержка, следует сейчас же переключиться на выполнение других задач. Соблюдение подобного принципа возможно и необходимо. 

Еще большее значение имеет общественная организация труда, которая впрямую зависит от позиции руководителя учреждения. Попытка коллегиальных решений чаще всего сопровождается тратой времени и освобождает от персональной ответственности. Разного рода комиссии, комитеты, советы и т. п. не могут подменить собой инициативного, опытного, смелого руководителя, который обладает острым чувством долга. Не теряя времени в случаях бесспорных, он в каждом сомнительном случае консультирует проект решения с компетентными помощниками. И любой врач в самой категорической форме должен требовать от товарищей по работе и от своего начальства создания предельно насыщенного трудового режима. 

До чего же привыкли у нас к производственным совещаниям о чистоте, проверке качества документации и о тысяче прочих вопросов, в то время как в подавляющем большинстве все упирается в пренебрежение организацией труда, в отсутствие четкого взаимодействия, в неуважение к ритму работы учреждения. Все это наблюдается в больницах,где главный врач и заведующие отделениями поставить дело не умеют и подменяют его разговорами, что, естественно, значительно проще. 

Так было и в нашей больнице лет пятнадцать назад. Люди привыкли говорить на утреннем аврале на любые темы по часу и более. Операции начинались в зависимости от настроения заведующего отделением, в то время как операционные сестры, одетые в стерильное белье, часами ожидали хирурга. Любое собрание являлось поводом для отсрочки операции или отмены обхода. Врачи давали справки родителям в отдалении от своего корпуса, ежедневно совершая для этого длительные "прогулки". В больнице царило хроническое нежелание считать время. Элементарное понятие человеко-часы, которое так широко внедрено в производстве, казалось чем-то странным и даже опасным. Анализ работы, проделанной за год, сводился к двум страницам цифрового отчета без попыток строго разобраться в ошибках и дать оценку успехам, без стремления наметить перспективы - то есть всего того, без чего немыслим дальнейший прогресс. Истории болезней лежали неоформленными после выписки детей из стационара месяцами... Сейчас все это вспоминается, как тяжелый сон. 

Очень хотелось бы рассказать обо всех этапах, которые прошел наш коллектив. Теперь это клиника для лечения больных с разнообразными и тяжелыми заболеваниями, которая служит не только лечебным учреждением, но и базой для преподавания врачам, приезжающим в Центральный институт усовершенствования врачей со всего Советского Союза и из-за рубежа. И далось это, конечно, не сразу. Были. важные и не очень важные споры. Комиссии. Смешные и грустные истории. Победили ответственность и энтузиазм молодых научных работников. Это вполне закономерно: в истинных ученых зачастую заложены качества отличных организаторов; многие являются ими уже потому, что вся их деятельность направлена на поиски новых форм работы, отсеивание главного от второстепенного, концентрацию основных усилий на важнейшем направлении и вместе с тем на изучение каждого неожиданного явления. 

Вообще, на мой взгляд, основная ошибка, которую допускают организаторы любого масштаба, от самого мелкого до самого большого, заключается в хроническом непонимании этой ценнейшей черты ученых и в неумении этой чертой воспользоваться. К сожалению, "хорошим организатором" иногда считают лицо, обладающее достаточной волей и аккуратностью, чтобы требовать исполнения своих или чужих распоряжений. Особенно ценятся качества снабженца, администратора, хозяйственника, которые хоть и важны, но в организационной работе не являются главными. В учреждениях, которые возглавляет даже дельный "хозяйственник", упускаются первоочередные задачи, мучительно страдает творческий коллектив, работу стимулируют лишь крупные просчеты, а жизнь идет по принципу: "Пока гром не грянет - мужик не перекрестится". И хотя многие болеющие за свое дело видят, что все обстоит куда хуже, чем могло бы быть, такой руководитель исполнен оптимизма и уверяет всех, что у него полный порядок. Вывод один: чем крупнее исследовательское учреждение, чем выше задачи, которые перед ним стоят, тем более крупный ученый должен его возглавлять. Интересно, что талантливые организаторы, приобщающиеся к научной работе, обычно ведут ее весьма успешно. 

Поведение в обществе, в коллективе 

Воспитание коллектива, как и всякое воспитание, подчинено старым, незыблемым, научно обоснованным педагогическим законам: "Учат рассказом, приказом и показом". Хороший рассказ и убеждающий исполнителя, четко сформулированный приказ, подкрепленный скрупулезной проверкой, имеют большое значение. Но успех воспитания больше всего решает показ, личный пример. Какие хорошие слова ни произносит руководитель, какое разнообразие мудрых советов от него ни исходит, но если он нескромен - развязны будут подчиненные; если он запускает руку в казну - большинство будет считать себя вправе делать то же самое; если он болтлив - работа других тоже будет подменятьсяболтовней; если он полуграмотен и не понимает значения научного подхода к жизни учреждения, то и его помощники будут вспоминать о науке лишь в удобных для этого случаях. 

Пост руководителя чреват сам по себе большими опасностями. Начиная работу, ты уверен, что будешь деловитым, внимательным, сдержанным, скромным и т. п. Но постепенно ты приходишь к выводу, что советы с сотрудниками отнимают слишком много времени и не дают той пользы, которую ты ожидал. Принимаешь ряд решений сам, убеждая себя, чтоничего страшного не произойдет, что с твоей позиции "лучше видно". И так далее, и тому подобное. К чему все это ведет - мы хорошо знаем... 

Очевидно, кардинальной задачей является установление такой системы, при которой невозможен отрыв руководителя от коллектива. Это связано с необходимостью выполнения целого ряда условий. 

Демократизм учреждения определяется в первую очередь уважением к мнению любого сотрудника. Каждый, даже самый молодой врач должен быть уверен, что к его мнению отнесутся серьезно, без вежливого пренебрежения или иронии. Тогда он, не стесняясь, выскажет свои сомнения в правильности диагноза, в методике лечения или организации работы. Деловая атмосфера дает простор для проявления широкой инициативы. Деловитость порождается лаконичностью суждений и мнений. И, наоборот, в многословии, как правило, ощущается неуважение к коллективу, ибо только очень умный и знающий человек может позволить себе быть многословным, да и то когда он уверен, что его слушатели незнакомы с данным вопросом. 

Обсуждение любой проблемы допустимо до того момента, когда стадия дискуссии завершена и принято решение. После этого решение становится правилом, которое подлежит безоговорочному выполнению. Жесткая дисциплина является непременным условием экономичной работы любого коллектива. К сожалению, в некоторых больницах имеются люди, которые любят обсуждать вопросы наиболее ясные... Демагогическая болезнь трудно излечима, но победить этот застарелый недуг необходимо. 

Очень важно, чтобы в учреждении была создана атмосфера, исключающая несправедливость, а коль скоро такое бывает, то чтобы ее ликвидировали в рабочем порядке. Вынесение личных отношений и мелких проблем на всеобщее обсуждение вызывает пустое любопытство и приводит только к трате дорогого времени. 

И, наконец, последнее. Часто у нас забывают о важности соблюдения декорума, правильной форме обращения друг с другом. Громкий и резкий разговор, повышенный тон, оскорбительные интонации в корне противоречат здоровому режиму работы. Младший и средний медицинский персонал быстро усваивает подобный стиль обращения, и такая больница в целом производит плохое впечатление. Ухудшаются личные отношения - страдает дело, наносится вред больным. Поэтому в любом медицинском (а, вероятно, и в немедицинском) учреждении следует решительно пресекать в разговорах, выступлениях на конференциях и совещаниях всякие иные интонации, кроме спокойных, ровных, уважительных и доброжелательных. 

Четвертое письмо о воспитании. 

Брак и семейная жизнь 

Медик, как и сапер, не вправе ошибаться. И все-таки ошибается. Эти ошибки порой трагичны, порой исправимы. Когда они исправимы, особенно у молодежи, их хочется предупредить. Я говорю не о том, чтобы кого-либо учить, а о том, чтобы советовать. Ведь опыт старших может касаться не только медицины, будней клиники, но и личной жизни. У моих молодых коллег она часто складывается, если можно так сказать, на наших глазах - свадьбы, рождения детей, разводы, вызывающие растерянность и неудовлетворенность. Не такое уж это личное дело, как кажется... 

Написанное ниже не имеет прямого отношения ко мне. Рассказать об истории одного брака - значит, рассказать все и одновременно ничего. Все ибо всякая летопись жизни является всеобъемлющей для описываемых двух лиц. Ничего - поскольку один индивидуальный вариант отличается от миллиона других. 

А поэтому просто рассказ о том, как мне вся эта проблема видится сегодня. 

Что такое жених и невеста? Каковы качества молодоженов? Возьмем для примера однолеток в возрасте между 20 и 25 годами. Случай не оптимальный, но довольно типичный. 

Обычно есть любовь. Или то, что в это довольно емкое понятие принято вкладывать. С уверенностью можно сказать, что на этом этапе не столь важно влияние мощного интеллекта или совпадение утонченных чувств, сложившихся привычек и взглядов. На первый план выступает острое физическое влечение, новизна душевного томления, жажда интимного общения, первооткрывание сокровенных мыслей. Иногда к этому присоединяются меркантильные соображения, что, к счастью, не является правилом. 

Известно, что в этом возрасте, а возможно и надолго, девушка намного старше, нежели юноша. Юноша несет в себе много разнообразных девичьих черт. А девушка концентрирует мужские качества, что ее самое нередко удивляет. О чем идет речь? 

Юноша. Он нежен и чувствителен. Обидчив, как ребенок. Чуток до невероятности, когда дело идет о его чувствах. Может быть невнимательным и эгоистичным, ошибочно полагая, что девушка обязана чувствовать то же, что он, и именно в это же время. Ревность способен высосать из пальца. Считает, что малейшее изменение настроения любимой непременно связано с его персоной, хотя в этот момент она размышляет, например, о летних планах или новом галстуке для мужа, что в общем-то похвально. Ради каприза любимой он готов поехать на другой конец света. Однако в химчистку (в одиночестве) отправляется без всякого энтузиазма. Из рассказов друзей, покончивших с холостой жизнью, он хорошо знает, что в первое время важно не попасть под каблук жены, а поэтому должен показать, что у него есть характер. И показывает его в самых неподходящих случаях. Иногда демонстрирует его отсутствие, ибо по сути дела в этом возрасте то, что принято называть характером, в большей степени имеется у девушки, а в меньшей - у юноши. Поэтому, если говорить начистоту, выражение "Вася женился на Ире" глубоко ошибочно. Можно сказать: "Вася и Ира поженились" или, что вернее: "Ира женила на себе Васю". Обидно, но факт. Хотя жена одного из друзей моего сына сказала мне так: "Я уступила его настойчивости". Это тоже возможный вариант. 

Юноша во многих своих проявлениях продолжает оставаться мальчиком. Он любит возиться с игрушками. Особенно механическими, включая автомашину. Он любит играть с женой и искренне обижается, когда она не желает ответить ему взаимностью. А это понятно: он еще маленький, она - большая. Запас нежности у юноши значительно больше, чем у девушки. Поэтому у него чаще, чем у нее, поводов для обиды на холодность. Нередко он этим серьезно обескуражен: по всем его предположениям и сведениям из литературы, женщина -это источник нежности, ласки, доброты. И, как отрезвляющий душ, звучит холодно произнесенная фраза: "Перестань, мне надоело". Хотя дело всего лишь в поцелуе или поглаживании руки... 

За редким исключением стремление к физической близости чаще исходит от юноши, а девушка оказывается в положении инстанции, которая может разрешить или запретить наслаждение. Коль скоро так, то расстановка сил с каждым месяцем приобретает все более определенный и стандартный характер. Но прежде чем описывать этот этап отношений, вернемся к лучшей половине человечества. 

Девушка. В ней борется много странных чувств. По женской природе своей она горда и независима. Несмотря на то, живет ли она с родителями мужа или своими (хотя здесь много прелюбопытных деталей), она стала членом качественно новой семейной единицы, состоящей не из трех, четырех, а всего лишь из двух лиц. На этом пути она встречает много неожиданностей. Муж ее, на которого она рассчитывала как на руководителя - если не такого, как ее мама, то хотя бы такого, как папа, - оказался "тряпкой". Он советуется с ней по вопросам, которые, по ее мнению, должен решать сам. Она в этих вопросах ничего не понимает и не желает понимать. И, наоборот, там, где он должен был ее непременно спросить, вдруг все делает самостоятельно, при этом, естественно, все путает, чем крайне ее огорчает. Но этого мало. Оказывается, он все делает наоборот. Начинает долго и скучно рассказывать ей о вещах, которые ей не только не интересны, но даже раздражают, но не сообщает об очень важных и достойных внимания предметах. Вмешивается в дела, в которые по ряду соображений вмешиваться не должен. И молчит как раз тогда, когда он просто обязан сказать свое решающее мнение. Он пристает с ненужными расспросами, когда ей хочется помолчать и подумать. И не задает вопроса тогда, когда она в этом так нуждается, но по скромности или гордости сама разговора начать не желает. На словах он готов для нее на все, абсолютно на все. Но когда она его просит изменить одну из своих привычек, он отшучивается или просто считает, что это его не касается. 

И все-таки самое главное - ощущение, что ей, в общем-то хорошей, но взбалмошной, не очень уверенной в себе, которой нужна деликатная, но твердая рука мужчины, подсунули этого неопытного ездового, который то распустит вожжи и не знаешь, бежать или остановиться, то рванет так, что по губам стекает кровь. 

Да, ей не повезло. Придется брать правление в свои руки... 

Посмотрим, как будут развиваться события дальше. 

Идет время. Все бремя семейного быта ложится на ее плечи. Кое-что делает он. Но проще сделать самой, если он не догадывается, чем лишний раз попросить. А он и рад. Раз не просит - значит, не нужно. А может быть, ей нравится это делать? Но главное не в мелочах, а в общем строе жизни. Расстановка сил определилась. Хозяйка дома - она. Он помогает ей, не чувствуя себя мужчиной, главой семьи. То же ощущает и она: что она глава семьи, а мужчины вроде бы и нет. Все чаще в ее голосе звучат повелительные, командирские нотки: "сходи", "сделай", "возьми". Он идет, делает, берет. Не испытывая особенного раздражения или радости. Но хорошо чувствуя интонацию и подтекст. А подтекст такой: "Ты неразумен и не в состоянии понять того, что следует сделать; приходится говорить". 

Они быстро встали. Она готовит завтрак, а он убирает постели. И просматривает газету. Или покрутит магнитофон. Как-то получается, что времени у него остается всегда немного больше, чем у нее. И они к этому привыкают, как к должному. Создается странная ситуация, когда она для него не совсем женщина, ибо она командует, а не подчиняется. А он для нее не совсем мужчина, ибо не он глава семьи и руководит не он ею, а она им. 

Проходят годы. В один прекрасный день другая девушка или чаще женщина дает ему почувствовать, что для нее он мужчина, во всех отношениях полноценный. И он эту неожиданную для себя роль начинает исполнять. Он к ней готов. Он по ней скучает. Он ее получил. Правда, она лишена бытовых подробностей. Или даже если таковые и возникают, то лишь служат дополнительными и милыми аксессуарами, усиливающими радостное впечатление от нового спектакля. 

Представьте себе, что жена догадывается или узнает о случившемся. Или ей тоже кто-нибудь дал почувствовать, что она еще юная и очаровательная женщина, нуждающаяся в мудром и сильном руководителе. Этот "кто-нибудь" достаточно опытен. Не спрашивает советов, а дает их сам. Причем это не назойливая настойчивость, а спокойная, доброжелательная уверенность: "Можешь делать, как хочешь, но поступить нужно только так, и вот почему". Теперь уже она убедилась, что ей сильно не повезло и в ее жизни не хватало именно такого человека... Заметим, что этот ее новый друг в своем собственном доме не намного лучше мужа. Даже хуже. Но здесь возникают совсем другие отношения, другая расстановка сил. 

Если наши молодые развелись - говорить не о чем. Плохо это или хорошо, сказать трудно. Чаще всего плохо. Не построив одной семьи, нельзя быть уверенным в том, что удастся построить другую. Кроме того, растут дети. Есть круг друзей, которые не любят, когда их близкие разводятся, - это дурной пример. 

Но если семья не распалась, положение остается ненормальным. Жена тяготится своим главенствующим положением. То, к чему она когда-то стремилась, стало для нее ненужной обузой. И муж понимает, что давно пора ему взять бразды правления в свои руки. Но для чего? Инерция отношений сложилась прочно. Он хорошо знает свое место, права и обязанности в доме. К чему что-то менять? Годы идут. Дети растут. Она и он стареют. 

Грустная картина, не правда ли? 

Приведенная схема не универсальна. Возможно, чаще возникают другие коллизии. Важен итог. В результате нарушения каких-то неписаных правил или неустановленных законов в семье ломается гармония, исчезает атмосфера сердечности, дружбы, полного взаимопонимания, о чем мечтали оба и иначе не мыслили себе совместной жизни. 

Но возможно ли это вообще? Существуют ли такие правила? Или просто кому-то повезло и встретились два сходных или вовсе несходных характера? Может быть, в этих случаях следует не просто о чем-то мечтать, но и делать? И делать это нелегко, как всякое серьезное и ответственное дело! 

Договоримся, что семья - это организм с хорошо разработанными правилами игры, едиными моральными и экономическими установками, но организм, который в данный момент пока еще состоит из двух несходных половинок, объединившихся лишь любовью и узами оформленного брака. Понятно, что слияние двух разнородных систем и выработка правил жизни возникают не сразу, а постепенно, на протяжении многих месяцев и лет. Причем чаще и это серьезное дело пускается на самотек. Что в общем-то не очень выгодно. А мы с вами давайте подумаем, какие процессы за это время должны произойти и как ими управлять. 

Начнем с того, что каждая половина несет в себе опыт своей старой семьи. Независимо от того, кто родители, последняя вобрала в себя лучшие и худшие стороны не толькоих характеров, но и стиля жизни. Какие качества могут здесь наблюдаться? Разные и в самых различных сочетаниях. 

В одной семье принято говорить вполголоса, в другой - по любому поводу возникает перебранка. Здесь чистота доведена до абсурда, там - неряшливо и грязно. Здесь считают каждую копейку, там - пересчитывать деньги считается зазорным. Здесь всю работу выполняет бабушка или мать, там - трудятся все. Здесь каждый внимателен друг к другу, там - все живут, как постояльцы. Здесь семья отдыхает вместе, там - каждый сам по себе. И так до бесконечности. 

Но вот объединились двое, в своей комнате или квартире, притащили с собой по полному рюкзаку перечисленных выше привычек, традиций, линий поведения. Что получится? Чья сторона пересилит? Или, может быть, постепенно все само собой утрясется? Перемелется, и мука будет. Или мУка... Нет, друзья мои! Давайте отберем, что нужно. А от негодного будем отказываться. 

Итак, с основным вопросом ясно. Нужно вдвоем, засучив рукава, ежедневно и ежечасно заниматься отбором всего, что вам необходимо, и безжалостно выкидывать ненужное, все то, что может помешать вашей будущей дружной жизни. Гораздо сложнее решить, как это сделать. 

Попробуйте присмотреться к семейным парам, которые вам глубоко симпатичны. И постарайтесь отметить, что в их поведении, манере держать себя вам особенно приятно. Очень скоро вы заметите, что речь идет об очень простых вещах. Они мило, скромно держатся. Их отношения основаны на дружбе. Они подшучивают друг над другом, но не обижая и не задевая самолюбия. Они разговаривают ровно и спокойно. В их интонациях отсутствует резкость, грубость. 

Но какими путями они дошли до этого уровня отношений? 

По сути дела речь идет о взаимном воспитании. Но коль скоро я употребил это затертое слово, мне придется отвлечься. 

Мне кажется, что проблема воспитания имеет свой центр тяжести. Важно создать такие условия, чтобы дурные качества, заложенные в человеке, не могли проявиться, а лучшие качества, наоборот, получили бы все возможности для своего расцвета. Иными словами, среди людей, равнодушных к общественному добру, быстрее появится вор. Человек, круто поднимающийся по служебной лестнице, лишенный искренних и требовательных Друзей и помощников, скорее потеряет свой человеческий облик и превратится в бюрократическую персону. Поэтому все то, что относится к сфере отношений, к почве, на которой развивается индивидуум, - все это имеет первостепенное значение в воспитании. И опять возникает вопрос: как это сделать? Поточнее! 

Есть несколько постулатов воспитания, которыми нельзя пренебрегать в практике становления молодой семьи. 

Первый из них - отсутствие страстности в любых воспитательных акциях. Вспомните такой пример: когда дома у подростка возникает конфликт, он с большой охотой обсуждает его с одним из любимых и уважаемых им друзей его родителей. Убеждают они его в неправоте запросто. Аргументация почти та же, что у домашних. Но форма совершенно другая. Или "друг", который появился у молодой женщины и который казался ей воплощением мужественности. Сходная история! Дело за сущим пустяком - дело за тоном. Мы забываем, что страстность рождает зачастую реакцию, обратную желаемой. Возьмите любой спор, дискуссию, собрание. Когда вам слишком громко, настырно, резко и многократно говорят об одном и том же, наступает какой-то момент, когда вы начинаете сомневаться: "Чего это меня все уговаривают? А может быть, здесь что-то не так?" И у вас возникает острое желание возразить, не согласиться с тем, что вам доказывают. 

И наоборот. Спокойные доводы, произнесенные без всяких личных эмоциональных оттенков, немного иронии, шутки, осторожная оговорка: "Я на этом не настаиваю" или, еще лучше: "Возможно, я ошибаюсь..." дадут положительный результат. Конечно, это не просто. Ибо, когда тебя что-то волнует, - а в отношениях с близким человеком даже пустяки кажутся важнее мировых катастроф, - трудно разговаривать спокойно. Но кто же сказал, что взаимное воспитание - дело легкое? Очень трудное! Тем более важно помнить, что при форме разговора - спокойной, всегда дружелюбной и уважительной, без повышения голоса, - больше шансов обсудить трудный, самый щепетильный вопрос. А одно резкое замечание, неделикатность, грубость разрушат атмосферу доверия, любви, но внесут привкус базара. 

Итак, правильно выбранная форма обсуждения любых вопросов в семье способна улучшить содержание отношений. Должен сказать, что дурной нашей традицией является недостаточное умение даже с чужим человеком держаться на дистанции. Но уж если людям пришлось сблизиться, подружиться или, еще лучше, пожениться, это сразу влечет за собой абсолютно неприличные и неприемлемые формы взаимоотношений: резкие слова, обидные прозвища, оскорбительные намеки, грубость, употребление жаргонных слов. Воспитывая своего мужа или ребенка, очевидно, прежде чем сделать ему замечание, мысленно полезно сказать себе: "Чужой муж!" Или: "Чужой ребенок!" Тогда вместо: "Васька! Зачем ты, балда, полез в кастрюлю руками! Десятый раз тебе говорю!" - получится: "Вася, подожди минуточку, я сейчас положу тебе картошку на тарелку". Если к этому добавить, что одной из основ воспитания является спокойное повторение, то станет понятной и лексика, и интонация этой в сотый раз повторяемой фразы. По-видимому, залогом успеха при взаимном воспитании молодых супругов должно быть - при усиливающемся сближении друг с другом, привыкании, воссоединении двух "половинок" поддержание той необходимой внутренней дистанции, которая наверняка поможет не обидеть, не задеть, не нанести ненужной и долго не забывающейся травмы. 

И теперь, коль скоро речь зашла об обидах и конфликтах, - еще несколько замечаний. Каждый раз, когда возникает любая шероховатость, спор, недоразумение, первое, что необходимо сделать, - постараться понять в чем здесь твоя собственная вина? Почему, на твой взгляд, обычный поступок вызвал огорчение, недовольство или обиду? Чего ты недодумал? Что недооценил? Если поступать так, то многое сразу встанет на свое место. К сожалению, в молодости мы крайне несамокритичны и обидчивы. Мы, во-первых, считаем, что это нас обидели незаслуженно и "нарочно". А дальнейшие события развиваются в связи с этой, в большинстве своем неверной, посылкой. Давайте будем всегда считать, что это по нашей вине произошло недоразумение. 

Далее. На первых порах никогда не следует откладывать извинений и объяснений "на потом" или "на завтра". Если ты не прав, извиниться нужно немедленно, серьезно и искренне. Когда он или она, убежденные в своей невиновности, пролежат ночь с открытыми глазами или, чего не бывает, в слезах, то извинение потом может и восстановить мир, но трещина останется. Останется на всю жизнь и будет расползаться, шириться от конфликта к конфликту. Поэтому во всех случаях, когда ты был не прав, извинись немедленно. В случаях, когда ты сомневаешься, сделай то же самое. И, наконец, когда ты не в состоянии отыскать признаков своей вины, - спроси, выясни, но заранее наметь такую форму вопроса, чтобы облегчить другому признание своей неправоты ("чужая жена"). 

Всегда необходимо помнить, что если ты имеешь дело с новым тонким и очень дорогим механизмом, части которого еще не притерлись, то ты не будешь бить по нему молотком или пинать ногами, но очень осторожно постараешься разобраться что к чему, что-то протереть, что-то смазать. Спокойно и осторожно. Так же и в личной жизни. Только еще более деликатно и еще более внимательно. 

Ну, а чего же нельзя делать? Если сначала я просил вас взять для образца приятных вам людей, ибо при этом их достоинства ощущаются более ярко, а их недостатки мы склонны им прощать, то для определения, чего делать нельзя, лучше обратиться к лицам, которые вам заведомо антипатичны. Придите к ним в дом. Если там царит скрупулезная чистота и сверхобразцовый порядок, вы почувствуете, что за этим порядком нередко стоит стяжательство и жадность. Приглядитесь: красивый полированный письменный стол мужа служит украшением. Работать за ним нельзя. Где же он работает? В библиотеке? И работает ли он над собой вообще? Если в доме беспорядок, неопрятность, безалаберщина, за ними угадывается душевная неопрятность его молодых хозяев. Посмотрите, как себя ведут эти супруги. Не стесняясь людей, они ласкают друг друга. Или при всех способны устроить безобразную сцену ревности, с легкостью переходя от грубых оскорблений к нежностям. А как они принимают друзей? То без особой нужды на стол ставитсядорогая и обильная еда, вино (впрочем, платят за это их родители). То подается красиво сервированный кофе с ликером и сухое печенье... как раз тогда, когда вы смертельно голодны. 

Чтобы не возвращаться к вопросу о том, как "правильно" принимать в своем доме друзей, скажу: определяющими факторами здесь являются простота отношений, финансовые возможности и наличие свободного времени. Коль скоро ваш друг экспромтом забежал во время вашей трапезы, то вы приглашаете его к столу, понятно, если в доме имеется, чем его потчевать. Если он забежал в другое время, то вы должны спросить, хочет ли он перекусить. При положительном ответе он получает стакан чаю (или кофе) и бутерброды, чтобы заморить червячка. Дом не следует превращать в бесплатную столовую. Станете старше - другое дело. Критерии отношения к этому вопросу изменятся. 

Вот так вдруг мы подошли к щекотливой и не очень приятной теме разговора - финансовой. О ней говорить необходимо, ибо подавляющее большинство ребят из обеспеченныхи не очень-то обеспеченных семейств не умеют и не желают считать деньги. Они ориентируются на некий средний уровень достатка окружающих и настойчиво стремятся получить от родителей более того, чем те могут и должны им давать. Не понимая, что они подрывают само значение цены денег, на которое им предстоит опираться всю жизнь. 

Укрепление или разлады молодых семей возникают в известной мере в связи с финансовыми делами. Правильное отношение к труду и предметам обихода, к распределению вовремени зарплаты или стипендии и многое другое - результат семейной финансовой политики. Посмотрите вокруг себя: бескультурье в домашней дисциплине влечет за собой воистину комические последствия. Одна хозяйка отказывает себе и близким в необходимом питании или приобретении необходимого спортинвентаря, чтобы сэкономить на покупку модной "дубленки" или лаковых сапожек. В другой семье настолько любят поесть, что вся зарплата уходит на еду, а в доме отсутствуют элементарные предметы обихода. Третьи, по примеру обеспеченных родителей, организовали "открытый дом", радушно встречая каждого полузнакомого человека, лишь бы он пользовался известностью, но к концу месяца, как правило, занимают деньги "до получки". Вариантов масса. 

Оставляя в стороне многие аспекты финансовой проблемы, следует подчеркнуть лишь одну, на мой взгляд, самую важную. Непонимание цены денег порождает неверную оценку труда, затраченного на получение этих денег. Неправильное отношение к труду имеет своим следствием безответственность в работе, неуважение к чужому труду, извращение важнейших жизненных критериев. Ведь вот как варварски портятся новые здания, лифты, гостиничные номера. Не только детьми, но и взрослыми. Особенно общественныеценности. Меньше - личные. 

Молодежь, вступая на свой многотрудный жизненный путь, торопясь оформить брак, не всегда считает нужным задать себе хотя бы ряд простейших вопросов: "Где мы будем жить?", "Как это изменит ситуацию в семье?", "На что мы будем жить?", "Как будет организовано наше питание?", "Какое участие в хозяйственных делах мы будем принимать?", "Когда нам нужно обзаводиться ребенком?", "Кто будет первые годы ухаживать за ребенком?", "Будем отдавать его в ясли или кто-нибудь (мать или бабушка) бросят работу?" И так далее, и тому подобное. 

Два вопроса - об экономике семьи и оценке следствий своих поступков должны волновать каждого, ибо семья - это ячейка общества. Коль скоро в семье эти вопросы не решаются правильно, то подобного рода отношение неизбежно отражается на всем обществе в целом, Что из этого получается, каждый из нас отчетливо ощущает на себе. В личномплане оба эти вопроса влияют на отношение молодежи к проблеме, где жить после свадьбы. Правда, еще многочисленны, к сожалению, случаи, когда жить просто негде и приходится теснить "стариков", но не так уж редко молодые склоняются к тому, чтобы оставаться вместе с родителями, считая, не без веских оснований, что жизнь "одним котлом" многое упростит, но не задумываясь о коренных последствиях совместной жизни. А они зачастую могут быть поистине катастрофичными. Действительно, родители вольно или невольно будут вмешиваться в вашу семейную жизнь, пытаться влиять на нелегкий этап становления новой семьи и... наносить непоправимый ущерб. Хотя исполнены они самых благих намерений. Говоря иными словами: мало приобретая, вы рискуете многое потерять. 

Поскольку разговор зашел об отношениях с родителями, мне придется отвлечься, ибо многие ребята спрашивали меня, как им наладить отношения со своими "предками", которые в последнее время "стали невыносимы". 

Попробуйте трезво проанализировать все без исключения конфликты, возникшие у вас с родителями, и вы будете вынуждены признать, что чаще всего вы были не правы. Единственно, в чем можно упрекнуть родителей, и вас в том числе, - в несоблюдении формы. Она была императивной или чрезмерно страстной, слишком лаконичной или нудно многослойной. 

Родители забыли, какими они были в вашем возрасте, а вы не в состоянии понять их образа мышления. И все же в каждом трудном случае попробуйте рассмотреть его с трех позиций: 

1.Как вы расцените этот инцидент через месяц или год? 

2.Как вы отнесетесь к нему, если завтра ваша мать или отец умрет? 

3.Как бы вы отнеслись к такому конфликту, если бы вы были родителем, а родитель - вашим ребенком? 

Уверяю вас, что в 99 случаях из 100 вы согласитесь с Марком Аврелием (старшим), который писал: "Если тебя что-то огорчает, подумай: огорчает ли тебя это или твое отношение к этому". 

Так-то. 

Прочитав написанное, я почувствовал, что писать по этому вопросу можно до бесконечности: хватило бы бумаги и времени. Поэтому, заканчивая свои размышления, я хочу пожелать, чтобы приведенный ниже набор слов в вашей жизни приобрел действенный смысл. 

Альтруизм. Оптимизм. Дистанция. Деликатность. Искренность. Сердечность. Доброжелательность. Режим. Воля. Дисциплина. Уважение. Стремление к прогрессу. Самокритичность. Чистота. Искусство. Спорт. Серьезное отношение к учебе и работе. Бережливость. 

Но за словами кроются поступки. И не существует ничтожного поступка, который не оставил бы в вашей душе следа. Недаром восточная пословица гласит: "Посей поступок - пожнешь привычку, посей привычку - пожнешь характер, посей характер - пожнешь судьбу". 

Судьба вашей молодой семьи во многом зависит от мелких поступков. Думайте, прежде чем их совершить. 

* * * 

Если суммировать отношение молодого специалиста к тем видам деятельности, которые разобраны выше, рождается в общем-то простой вывод о необходимости напряженного труда, поиска, результат которого - отыскание в себе тех возможностей, которые есть, но требуют выявления. Да и сама по себе привычка трудиться, выработанная смолоду, как честь, становится бесценным стереотипом на всю последующую жизнь. 

Я далек от мысли считать, что исчерпал эту чрезвычайно важную тему. Более того, я убежден, что размышления по этому вопросу могли бы составить содержание целой книги. Но, как говорили древние: "Молодого ученого не следует уподоблять сосуду, который подлежит наполнению знаниями. Он факел, который педагог должен зажечь!" Задача моя состояла в том, чтобы побудить любого начинающего специалиста задуматься над тем, к чему он стремится. Напомнить ему, что именно правильное отношение к работе определит его характер. Перед моими глазами всегда стоит образ Николая Ивановича Пирогова - хирурга, анатома, экспериментатора, организатора, литератора и педагога мирового масштаба. Во многих молодых врачах скрыты возможные пироговы. Дело лишь за тем, чтобы это выявить. 

Психология научного творчества 

Первый этап 

Далеко не каждый может стать настоящим, оригинально мыслящим ученым; весьма многие могут стать научными работниками и приносить пользу, если вовремя поймут не только цель в науке, но и ее средства. 

Мне бы очень хотелось начать этот разговор с литературной работы. В применении к нашей специальности - это прежде всего деловая грамотность, или овладение профессиональным языком. К величайшему сожалению, в погоне за краткостью изложения мы довели стиль медицинских журналов и книг до предельной сухости. Это тем более обидно,что яркость и метафоричность языка, например, французских врачей нисколько не снижает научной ценности их произведений, но делает доступными, более запоминающимися и убедительными. 

Мне присылают множество работ для рецензирования. По содержанию они, как правило, бывают интересными, полезными и подлежат опубликованию. Однако изложены зачастую плохо - сразу нельзя понять, что имел в виду автор; важные положения не аргументированы, а случайные мысли упорно доказываются посредством банальных и ненужных приемов. 

Почему же специалисты с высшим образованием столь неуверенно владеют пером? Из десяти диссертантов не менее девяти испытывают муки в момент, когда им необходимо предать бумаге полученные данные и проанализировать собственные наблюдения. Очевидно, в течение многих лет учебы мы слишком мало внимания уделяем этому вопросу. А ведь врач - не музыкант и не математик, ему не обойтись нотными значками и формулами. Он не меньше других нуждается в умении четко обосновать свою мысль, мотивированно отвергнуть чужую идею и логично сформулировать программу дальнейших действий. 

Следовательно, молодой медик должен работать над совершенствованием своего литературного стиля, для чего существует лишь один путь: писать много, не удовлетворяться написанным, а несколько раз поправлять и дополнять, как бы это на первых порах и ни было мучительно. Понятно, что все сказанное относится не только к научно-исследовательской работе, но и к обычной документации - ведению истории болезни, составлению отчетности, записи операций и пр. 

Недавно одна аспирантка показала мне около пятидесяти общих тетрадей она конспектировала статьи подряд, "сплошняком", и каждый раз найти нужное место было непосильной задачей. Между тем надо было просто подразделить будущую диссертацию на главы и любую прочитанную статью сразу же разносить по этим главам. Я сам так делал. Дикий труд, кажется! Зато потом, когда начинаешь обобщать, то в соответствующей рубрике все уже есть. Скажем, вот рубрика "Лечение". Я вписал туда данные из сорока прочитанных книг. Пробежал взглядом, прикинул и увидел: моя точка зрения совпадает с такими-то, не совпадает с такими-то. То есть эта система работы помогает делать научныевыводы в кратчайший срок. (Мне было бы неприятно подвергнуться обвинению в архаизме. Конечно, разнесение на перфокарты с помощью машины сведений из литературных источников - дело более современное. Но говорить об этом я буду после того, как получу возможность работать с машиной и накоплю опыт.) Это - о технике. 

Затем я сделался старше. Оказалось, есть методика - более высокая ступень овладевания знаниями. И когда я думал, что все уже постиг, выяснилось, что самое важное - психология научного творчества, так сказать, четвертая высота. Потому что ни техникой, ни методикой, ни организацией работы нельзя овладеть до той поры, пока ты психологически не осознал себя как ученый. 

К психологии научного творчества я пришел уже на последнем этапе, а для приобщающихся к науке она должна стать первым: им заранее надо знать о качествах, присущих научному работнику, и сознательно воспитывать их в себе. Что же это за "таинственный" набор? Любознательность, настойчивость, инициатива, увлеченность, привычка к думанию, склонность к сопоставлению фактов, недоверие (в хорошем смысле этого слова), умение отказаться от очевидной и удобной мысли, стремление любую гипотезу подвергнуть проверке с позитивных и негативных позиций и т. д., и т. п. Вместе взятые, они постепенно выкристаллизуются, как говорили прежде, в "умение в невероятном увидеть вероятное, а в вероятном увидеть невероятное", то есть в оригинальность мышления. Может быть, благодаря этому свойству многие ученые, не интересующиеся ничем, кроме постоянного проникновения "в суть вещей", склонны пренебрегать условностями жизни, легко нарушают общепринятые каноны и дают в руки недоброжелателей очевидные "доказательства" неумения жить или попросту чудачества. 

Профессионализм 

Чтобы обнаружить новое, нужно прежде всего быть профессионалом. Бывают какие-то озарения, какие-то исключения, но, как правило, открытие есть следствие обдуманного, тяжелого, систематического труда. 

НЕМНОГО ИСТОРИИ 

Плод живет в материнском организме, питаясь через пуповину, где есть пупочная вена (по которой кровь поступает к плоду) и пупочная артерия (по ней кровь возвращается к матери). И в любом анатомическом атласе, в любом более или менее солидном руководстве черным по белому записано, что пупочные сосуды после рождения, поскольку надобность в них отпадает, постепенно зарастают и превращаются в своего рода сухожилия, тяжи. В общем, азбучная истина... 

С чего начать? С собственной критической оценки явлений. 

Вероятно, у всех в школе был товарищ, который каждый раз говорил: "А почему?.. Это не так... Я не верю..." Его с раздражением звали Фомой Неверующим. В то же время мы знаемлюдей, склонных пользоваться чужим мнением. Это две крайности, плохо и то и другое. Но ученому скорее пригодятся качества Фомы Неверующего. Поэтому если есть склонность бездумно со всем соглашаться, необходимо разрушать ее в себе. Привыкать иметь собственную точку зрения. 

Вот что писал Джордано Бруно: "Недостойно мыслить заодно с большинством только потому, что оно большинство. Единственным авторитетом должен быть разум и исследования, производимые под его руководством..." 

Иногда человек торопится: цитата есть, чего же еще?.. Ну и что из того, что какой-то, пусть даже известный ученый когда-то сказал так? Его слова имели отношение ко вчерашней ситуации, а к реальному опыту сегодняшнего дня, возможно, неприложимы. Появились новые данные, изменилась обстановка в науке. 

Все укладывается в готовую схему? Жди подвоха. Брать под сомнение очевидные факты - путь к оригинальности мышления. А творить, стоя на коленях перед авторитетами... Я уверен, что Эйнштейн в таком неудобном положении не создал бы теорию относительности. 

НЕМНОГО ТЕОРИИ 

В 1963 году член-корреспондент Академии медицинских наук СССР профессор Г. Е. Островерхов, профессор Т. А. Суворова и аспирант А. Д. Никольский усомнились в том, что пупочные сосуды после рождения человека не функционируют. Усомнившись, они занялись исследованиями. Исследуя, установили, что пупочная вена даже у глубоких стариков проходима, а сверх того является кратчайшим путем в печень. Через пупочную вену ученые вводили контрастное вещество и получали снимки сосудов печени. Так появился новый метод диагностики (потом лечения) заболеваний печени у взрослых. 


Страница 3 из 13:  Назад   1   2  [3]  4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   Вперед 

Авторам Читателям Контакты